Культура КБР

Материал взят с сайта kabbalk.ru
Балкарское село, в котором родился К., было расположено высоко в горах на гра­нице Балкарии и Сванетии. По словам по­эта, его предки издавна жили здесь и были охотниками и скотоводами. Рано потеряв отца, он с детства познал тяготы жизни, воспитывался в многодетной семье. Маль­чик рос в окружении высоких, суровых скал Чегемского ущелья. Видел полеты орла в куполе неба, быстрые реки, боль раненого тура, нежность первого подснеж­ника; он часто слушал старинные преда­ния и песни народных сказителей - все это впитывалось художественным созна­нием будущего поэта и в дальнейшем на­шло свое отражение на страницах его книг.

К. неоднократно избирался членом Правления Союза писателей СССР, РСФСР, первым секретарем Правления Союза писателей КБАССР; награжден ор­деном Ленина, двумя орденами Трудово­го Красного Знамени, орденами I и II сте­пени, медалями Отечественной войны I и II степени, К,- лауреат Государственной премии РСФСР за книгу «Раненый камень» (1966); Государственной премии СССР за «Книгу земли» (1974); Ленинской премии (1990, посмертно) за книгу «Человек. Пти­ца. Дерево» (1985), народный поэт КБР (1967).

Творчество К,- вершина балкарской по­эзии. Имя поэта вышло далеко за преде­лы его родины: стихи К. широко известны не только в России, но, во всем просве­щенном мире. Более полувека охватывает период его литературной деятельности. Творчество К. направлено на утверждение добра, света, всех позитивных сил, помо­гающих человеку не только выжить в этом сложном, противоречивом мире, но и воз­выситься духовно. Объектом внимания поэта служат вечные вопросы бытия - жиз­ни и смерти, свободы и насилия, любви и ненависти, поэтому вряд ли они потеряют свою злободневность и актуальность.

В поэзии К. нашли отражение радости и горести XX в. Он стал истинным летописцем духовного состояния своей эпохи. Выработанная им и воплощенная в твор­честве ценностная система превратилась в духовный и нравственный ориентир для народа, устремленного к более совершен­ному миропорядку. Его поэзия - символ мужества, стойкости, благородства и пре­данности своей земле.

Поэт, живший радостями и горестями своего народа, опирался на духовный опыт балкарцев, веками аккумулировавшийся в фольклорных памятниках. Человек боль­шой культуры, он великолепно ориентиро­вался в поэзии, в прозе, в живописи, в музыке Запада и Востока. И в своих твор­ческих поисках был нацелен на вершины мировой культуры. Сегодня его имя стоит в одном ряду с выдающимися художни­ками современности. Значительность его личности приобретает еще большую отчет­ливость при взгляде на него из третьего тысячелетия, где по-прежнему востребо­ваны гуманизм, внимание к человеческой душе и желание утвердить законы гармо­нии в жизни.

Слагать стихи он начал в раннем дет­стве, заполняя первой пробой пера толстые ученические тетради. В 1940 г. в Нальчи­ке вышла первая книга молодого поэта «Салам, эрттенлик!» (Привет, утро!). Наря­ду с декларативными и риторическими сти­хами, носящими лозунговый характер, в ней обнаруживаются и простые, безыскус­ные творения, близкие к художественно­му совершенству. Даже в зрелые годы поэт любил подчеркивать, что ему дороги его ранние произведения «Песенка горной речушки», «Песенка мальчика, скачуще­го на ослике», «Снежок», «Во дворе» и другие.

Своим духовным учителем К. называл основоположника балкарской литературы, мыслителя и философа Кязима Мечиева, чьи стихи имели широкое хождение в на­роде, воспринимаясь как молитвы. Он был лично знаком с Мастером и считал его ге­ниальным человеком.

К началу Великой Отечественной вой­ны К. закончил учебу в Москве, препода­вал литературу в КБГПИ, затем служил в армии, сначала в Заполярье, позже под Ленинградом.

Подлинные уроки мужества К. получил на фронтах войны, где ратный труд десант­ника-парашютиста он сочетал с работой военного журналиста. Его антивоенные очерки и стихи печатались в газетах «Сын отечества», «Правда», «Красная звезда», в журналах «Знамя», «Красноармеец»,-передавались по радио. Поэт принимал участие в боях за освобождение Москвы, Орла, Ростова, Украины, Крыма, Прибал­тики. Суровые впечатления тех лет легли в основу его военной лирики. Он был неод­нократно ранен. Сохранились фотосним­ки, где раненый поэт, опирающийся на ко­стыли, запечатлен на фоне военного гос­питаля.

День 8 марта 1944 г. стал переломным днем как в истории балкарцев, так и в лич­ной судьбе поэта, разделившего горькую участь народа-переселенца. Благодаря усилиям членов Союза писателей СССР во главе с Н. Тихоновым, высшее руковод­ство страны разрешило К. в виде исклю­чения выбрать любое место жительства, кроме родины, Москвы и Ленинграда. Но поэт не мог быть счастлив в одиночку. По­этому он отправляется в Киргизию, где ему суждено было провести долгие 11 лет. Позже поэт признавался: «Я счастлив тем, что в тяжелых условиях не махнул рукой на жизнь, не разуверился в ней. Мне оста­вались дорогими снежные вершины и при­мятая трава у дороги, поэзия Пушкина и музыка Бетховена. Я никогда не забывал о том, что не зря Прометей похитил огонь для людей; а в том, что порой на земле горят дома, Титан не виноват. Как хоро­шо, что никогда я не проклинал саму жизнь и не считал ее никчемной. Это один из центральных мотивов всего мной напи­санного. О моем отношении к жизни в труд­ные для меня времена достаточно веским свидетельством являются те же «Стихи, написанные в день рождения». Под ними стоит год 1949-й. Я старался не говорить жалких слов, унижающих достоинство че­ловека».

Поэт был всегда благодарен друзьям, которые поддерживали его в тяжелое для него время, не давали пасть духом. Сре­ди них он называл Д. Кедрина, Б. Пастер­нака, Н. Тихонова, А. Твардовского и др.

Широко известен отрывок из письма Б. Пас­тернака, адресованного во Фрунзе Кулие­ву в 1948 г.: «Вы из тех немногих, кото­рых природа создает, чтобы они были сча­стливыми в любом положении, даже в горе. Тот, кто очень рано или при рожде­нии получает от нее несколько, все равно каких, нравственных, душевных или фи­зических задатков, но выраженных до кон­ца и не оставляющих сомнения, тот в за­видном положении вот почему. На приме­ре самого себя (а это ведь очень удобно: каждый всегда под рукой у себя), на при­мере именно этих выступающих опреде­ленных качеств рано убеждается он, как хорошо и в мире все законченное, недву­смысленное, исправное и образцовое, и на всю жизнь пристращается к самосовер­шенствованию и охватывается тягой к со­вершенству. Прирожденный талант, конеч­но, есть путь к будущей производитель­ности и победе. Но не этим поразителен талант. Поразительно то, что прирожденный талант есть детская модель Вселенной, заложенная с малых лет в ваше сердце, школьное учебное пособие для постиже­ния мира изнутри с его лучшей и наибо­лее ошеломляющей стороны. Дарование учит чести и бесстрашию, потому что оно открывает, как сказочно много вносит честь в общедраматический замысел существо­вания. Одаренный человек знает, как мно­го выигрывает жизнь при полном и пра­вильном освещении и как проигрывает в полутьме. Личная заинтересованность по­буждает его быть гордым и стремиться к правде. Эта выгодная и счастливая пози­ция в жизни может быть и трагедией, это второстепенно. В Вас есть эта породи­стость струны или натянутой тетивы, и это счастье».

Поэт не уставал выражать слова при­знания в адрес киргизской земли и киргиз­ского народа. Он обрел верных друзей сре­ди литераторов Средней Азии. Дружбу с Чингизом Айтматовым он пронес через всю свою жизнь. Работал спецкорреспонден­том местной газеты, занимался переводами и долгое время являлся председателем русской секции Союза писателей Киргизии. Он был делегатом II съезда писателей СССР как представитель Киргизской рес­публики.

Не писать поэт не мог. Однако опубли­ковать стихи для спецпереселенца было большой проблемой, поэтому изредка вы­ходили в свет произведения К. под псев­донимом «К. Чегемли». Судя по автобио­графическим заметкам поэта, годы изгна­ния явились для него порой интенсивного освоения произведений мировой культуры. В середине 1956 г. К. возвращается на родину.

Творчество К. можно условно подраз­делить натри периода: 1930-40-е гг.-ран­ний период его творчества; 1944-60-е гг. - период, который можно назвать «Поэзией раненого камня»; 70-80-е гг.-позднее твор­чество поэта.

Первый период характеризуется изоб­ражением гармонии мира. Основным лейт­мотивом является радость первооткрытия лирического героя. Тема удивления про­низывает все его стихотворения.

После трагических событий в судьбе его народа (1944) тональность лирики К. ме­няется, и драматическое мировидение ста­новится доминантным. В 1964 г. вышел в свет сборник «Жаралы таш» (Раненый ка­мень), который стал высшей формой художественного выражения народной тра­гедии, связанной с переселением:

Я, над раненым камнем склонясь, го­ревал: / От огня почернел он, от горькой беды. / Он мне мертвым казался, и я тос­ковал, / Потому что хотел на нем видеть цветы. («Я над раненым камнем склонясь, горевал...». 1960). Поэт сравнивает ране­ный народ с раненым камнем и выражает надежду на возрождение соплеменников.

В этом сборнике много антивоенных сти­хотворений, навеянных опытом солдата, прошедшего по трудным фронтовым до­рогам. Подчеркивается абсолютная деструктивность войны, ее разрушительный ха­рактер. Война способна убить все живое. Она нацелена на символ самой жизни -материнское сердце: Первой пулей на вой­не любой / Поражает сердце материнское. / Кто б ни выиграл последний бой, / Но стра­дает сердце материнское. («Где-то стонет женщина вдали...». 1960).

Произведения второго, самого плодо­творного периода творчества К. были со­браны и систематизированы в трехтомном издании, увидевшем свет в 1976-1977 гг. в Москве.

Раздумьям над вечными вопросами бы­тия, осмыслению новой действительнос­ти посвящена лирика третьего периода творчества поэта. Художественным итогом деятельности позднего К. стала книга «Че­ловек. Птица. Дерево» (1985), в которой ав­тор с высоты прожитых лет и творческого опыта вновь обращается к темам любви, жизни, смерти, мужества. За этот сборник поэту была присуждена Ленинская премия (посмертно) в 1990 г.

В этот же период К. было создано круп­ное прозаическое произведение - роман «Была зима», в котором синтезированы ли­рическая исповедальность и эпическая панорамность изображения исторических событий XX в. Действие происходит в Чалском ущелье, ставшем метофорическим обозначением Балкарии. «Я изменил на­звания, имена, но не изменил художе­ственной правде»,- признавался поэт, рас­суждая об особенностях романа.

Обращался К. к эпической форме, им написано около 20 произведений в этом жанре. Исследователи выделяют среди его поэм такие жанровые разновидности, как: лирико-философская поэма, лирико-публицистическая поэма, лирико-исторический эпос, поэма-сказка, поэма-легенда, по­эма-эпитафия. Следует подчеркнуть, что Кулиев - лирик по природе своего даро­вания, поэтому в его поэмах наблюдает­ся доминанта лирического содержания над эпическим, и это во многом опреде­ляет жанровые особенности лиро-эпоса К. Тема «Кулиев - публицист» заслужива­ет особого внимания. Поэт занимался не только художественным самовыражением, но он был очень внимателен к творчеству собратьев по перу. В сборниках «Так рас­тет и дерево» (1975) и «Поэт всегда с людь­ми» (1986) собраны критические статьи и эссе автора, посвященные его раздумьям о природе художественного творчества, о роли художника в общественной жизни. Поэт предлагает собственное осмысление традиций классиков русской литературы: Пушкина, Лермонтова, Тютчева, Некрасо­ва, Горького, Есенина, а также творчества своих современников - представителей многонациональной российской и мировой культуры. Эти сборники имеют не только литературоведческое, но и широкое куль­турологическое значение.

Величие таланта К. трудно переоценить. В его творческой личности нашли гармо­ничное сочетание философ-мыслитель, гуманист, народный просветитель, тонкий лирик, искусный прозаик, переводчик, пуб­лицист и человек большого, редкостного обаяния и душевной щедрости. Его про­изведения неизменно привлекают внима­ние читателей устремленностью к свету и добру, умением воспитывать мужество и дарить чувство свободы. Не ослабевает к его поэзии внимание переводчиков: его стихи звучат на многих языках мира. Тер­мин «каисыноведение» прочно вошел в ли­тературный обиход, и в его орбиту вклю­чаются все новые и новые исследователи жизни и творчества великого поэта.

• Соч.: Салам, эртденлик! (Привет, утро!): Стихи. Нальчик, 1940; Горы: Стихи. М., 1957; Мои соседи: Стихи. Нальчик, 1957; Хлеб и роза: Стихи. Нальчик, 1957; Сай-ламала (Избранное в 2 томах). Нальчик, 1958; Земля и песня: Стихи. М., 1959; Сти­хотворения. М., 1959; Я пришел с гор: Сти­хи. М., 1959; Огонь на горе: Стихи. М., 1962; Кёк чинарла (Зеленые чинары): Поэмы Нальчик, 1963; Зеленая сказочка: Стихи. Нальчик, 1963; Раненый камень: Стихи и поэмы. М., 1964; Утренняя сказка: Стихи. М., 1964; Избранная лирика. М., 1964; Жа-ралы таш (Раненый камень): Стихи. Наль­чик, 1965; Завещанный мир: Стихи. М., 1965; Мир дому твоему: Стихи. М., 1966; Избранная лирика. М., 1967; Юйюгюзге игилик (Мир дому твоему): Стихи: Нальчик, 1967; Мир дому твоему: Стихи. М., 1966; Стихи. Нальчик, 1967; Раненый камень: Стихи и поэмы. М., 1968; Чумла къызара-дыла (Когда созревает кизил): Стихи и по­эмы. Нальчик, 1969; Кизиловый отсвет: Стихи и поэма. М., 1969; Благодарю солн­це: Стихи разных лет. М., 1969; Избранные произведения: в 2 т. М., 1970; Жер китабы (Книга земли): Стихи и поэмы. Нальчик, 1972; Книга земли: Стихи. Поэмы. М., 1972; Книга лирики. М., 1973; Звездам - гореть: Избранная лирика. М., 1973; Вечер: Сти­хи. Нальчик, 1974; Времена года: Стихи. Нальчик, 1974; Лирика: Стихи. М., 1974; Сказка солнца. М., 1974; Ашхам (Вечер): Стихи. Нальчик, 1975; Высокие деревья: Стихи. М., 1975; Так растет и дерево. М., 1975; Живу среди людей: Лирика. М., 1976; Сказка о добром муравье. М., 1976; Тюнене. Бюпон (Вчера. Сегодня): Стихи и по­эмы. Нальчик, 1977; Книга земли: Стихи и поэмы. М., 1977; Говорю самому себе: Стихи: М., 1977; Трава и камень: Избран­ные стихи. М., 1977; Собр. соч.: в 3 т. М., 1976. Т. 1.1977. Т. 2, 3; Весенний свет: Сти­хотворения и поэма. М., 1979; Колосья и звезды. М., 1979; Учуп баргьан къанатлы-ла (Птицы в полете): Стихи. Нальчик, 1980; Краса земная: Избранная Лирика. М., 1980; Жазгьанларыны юч томлу жыйым-дыгъы (Собр. соч. в Зт.) Т. 1,2. Нальчик, 1981; Т. 3. Нальчик, 1982; Человек. Птица. Дерево: Стихи. Поэма. М., 1985; Кече бла танг. (Ночь и рассвет): Стихи. Нальчик, 1985; Говорю людям: Лирика. М., 1985; Жить: Стихи. М., 1986; Поэт всегда с людь­ми: Статьи. Эссе. М., 1986; Скачи, мой ос­лик!: Повесть//Юность. М., 1986. № 7; Была зима: Роман. М., 1987; Собр. соч. в 3 т.: Стихотворения и поэмы. М., 1987; Лирика. Нальчик, 1987; Пока поется песня бытия: Стихи. Нальчик, 1993; Таула тургьан къа-дарда (Покуда стоят эти горы). Нальчик, 1997; Скачи, мой ослик! Книга для детей. Нальчик, 2001.

Источник: Институт Гуманитарных исследований Правительства КБР и КБНЦ РАН. Нальчик. Издательский центр "Эльфа". 2003 г.